Сырьевой сектор Казахстана: инвестиции не во благо

Сырьевой сектор Казахстана: инвестиции не во благо

18.10.2021

Время прочтения - 8 мин.

В силу наличия серьезных запасов природных ископаемых — в первую очередь, нефти — республика считается одной из самых богатых стран на постсоветском пространстве.

Однако те преимущества, которые дает государству экспорт черного золота и других природных ресурсов, довольно часто переоценивают. Чтобы разрушить сложившийся стереотип о сырьевых богатствах страны, нужно лишь немного углубиться в ее платежный баланс.

Много ли экспортируем?

На сайте Национального банка Казахстана (НБК) размещены данные о статистике внешнего сектора с 2000 г. Согласно этой информации, торговый баланс с начала века ни разу не опускался ниже нулевой отметки: в стоимостном выражении страна всегда экспортировала товаров ощутимо больше, чем импортировала.

К примеру, даже в кризисном 2020 г., ознаменовавшемся пандемией, всемирным локдауном и падением цен на сырье на мировых рынках, казахстанский экспорт составил $46,71 млрд, из которых 65,9% приходилось на минеральное сырье и 16,2% — на товарную группу «металлы и изделия из них». При этом сальдо торгового баланса находилось в положительной зоне и достигло $10,51 млрд.

Судя по данным платежного баланса за первое полугодие 2021 года, сальдо торгового баланса по итогам текущего года вполне может восстановиться до уровня предкризисного 2019 года при условии отсутствия ценовых шоков на мировом рынке углеводородов в 4-м квартале.

 

Казахстанская внешняя торговля товарами в 2017–2021 гг. млрд долл. Источник — НБК

 

Показатели национальной внешней торговли выглядят довольно впечатляюще на фоне других постсоветских стран — за исключением разве что России. Впрочем, экспорт уже не кажется столь высоким, если взять его в расчете на душу населения. Так, в 2020 году его объем на каждого жителя республики, включая младенцев и пенсионеров, составил менее $2 500. Иными словами, Казахстану очень далеко до некоторых арабских монархий, которые могут позволить себе заводить счет с семизначной суммой долларов на каждого вновь родившегося подданого.

Кому достается сырьевая рента?

Однако основная проблема состоит не столько в относительных объемах экспорта, сколько в модели распределения сырьевой ренты, сложившейся еще в 90-е годы прошлого века. Дело в том, что значительная часть доходов от экспорта сырья выводится из страны в форме инвестиционных доходов иностранных инвесторов (к числу которых относится также и доморощенная «оффшорная аристократия»), в результате чего баланс первичных доходов принимает отрицательные значения.

Так, по итогам 2020 года этот показатель сложился на уровне - $14,93 млрд, что полностью нивелировало положительные значения сальдо торгового баланса, а в 2017– 2019 гг. отток средств из Казахстана в форме доходов иностранных инвесторов был ощутимо больше. При этом иностранные инвесторы, контролирующие сырьевой сектор, не остаются в накладе даже при существенном снижении цен на добываемое ими сырье в силу некоторых обстоятельств, которые будут описаны ниже.

Вторым по значимости «отрицательным» компонентом счета текущих операций является баланс услуг, который в 2020 году сложился на уровне - $3,06 млрд. Казахстан импортировал услуг примерно на $8,10 млрд, причем основными статьями здесь традиционно являются «транспортные» ($2,14 млрд) и «другие деловые услуги» ($3,48 млрд).

В первом случае расходы в целом выглядят оправданными, так как сырьевые товары в любом случае нужно доставить покупателю. Но объемы расходов на «другие деловые услуги», включая «профессиональные и консультационные в области управления» и «технические, связанные с торговлей и прочие деловые услуги», в таких масштабах вызывают целый ряд вопросов. 

В то же время необходимо отметить, что «всемирный локдаун», имевший место в 1-половине 2020 г., привел к снижению доходов иностранных инвесторов и, как следствие, краткосрочному перемещению сальдо счета текущих операций в положительную зону. Впрочем, уже во 2-м полугодии прошлого года все вернулось на круги своя.

 

Структура счета текущих операций в 2017–2021 гг. млрд долл. Источник — НБК

 

Однако негативное влияние доходов иностранных инвесторов на баланс текущих операций — только половина проблемы. В отличие от остальной части казахстанской экономики, экспортеры отечественного сырья живут преимущественно в долларах и вне «тенговой» экономики. Существенная часть валютной выручки экспортеров остается на валютных счетах за пределами Казахстана и отражается в финансовом счете платежного баланса как «приобретение финансовых активов». Кроме того, часть средств, размещаемых на валютных счетах экспортеров, по-видимому, отражается также в статье «ошибки и пропуски».

Сырьевые экспортеры конвертируют в тенге лишь ту часть валютной выручки, которая идет на их текущие «внутриказахстанские» расходы — как при ведении текущей деятельности, так и при реализации инвестиционных проектов. Такими издержками являются, например, оплата труда казахстанских работников, приобретение ряда услуг и товаров, произведенных на территории республики, выплата некоторых налогов, исчисляемых в тенге, и т. п. Иными словами, большая часть сырьевой ренты элементарно не доходит до экономики Казахстана, оставаясь на зарубежных счетах экспортеров, а на внутренний валютный рынок (как и в «несырьевую» экономику) поступает лишь некоторая часть выручки предприятий-экспортеров.

Что остается Казахстану?

Наряду с внутренними расходами сырьевых экспортеров каналом поступления выручки от их поставок в «тенговую» экономику является также налогообложение. Доходы «сырьевиков» облагаются налогами, большая часть которых поступает в резервный фонд страны — Национальный фонд Казахстана (НФК). Исчисление и уплата налогов, поступающих в Фонд, производится в иностранной валюте. «Нефтяные налоги» аккумулируются в НФК и поступают в экономику только при осуществлении трансфертов в республиканский бюджет. При этом размер последних обычно отличается от объема поступлений соответствующих налогов. Исключением здесь является экспортная таможенная пошлина на нефть — она идет напрямую в республиканский бюджет.

Операции с активами Национального фонда, включая их приобретение и использование, отражаются в финансовом счете платежного баланса как чистое приобретение активов органами государственного управления. При этом операции с активами НФК отдельно не выделяются, что не позволяет сделать полноценные выводы о их влиянии на результирующее значение финансового счета.

В то же время ни аналитическое, ни стандартное представление платежного баланса не дают представления о стоимости приобретенных и проданных активов Национального фонда. Однако публикуемая НБК динамика активов НФК свидетельствует о его постепенном истощении в течение последних лет. Так, если в начале 2015 года размер резервного фонда составлял $73,19 млрд, то к концу III квартала 2021 года он снизился до $55,06 млрд.

А как обстоят дела у соседей?

Из всех постсоветских стран только четыре — Казахстан, Россия, Азербайджан и Туркменистан — специализируются на экспорте углеводородного сырья. Туркменистан — закрытое государство, и его органы власти фактически не публикуют статистические данные и иную информацию о состоянии внутренних дел. В то же время центральные банки России и Азербайджана регулярно размещают на своих сайтах данные статистики внешнего сектора, и их вполне можно сопоставить с казахстанскими результатами. При этом сравнение идет далеко не в пользу Казахстана.

Из трех стран в наиболее выигрышном свете предстает Россия. Так, по итогам первого полугодия текущего года положительное сальдо счета текущих операций платежного баланса России составило $41,43 млрд при торговом балансе $67,69 млрд. Счет текущих операций Азербайджана по итогам первого квартала сложился на уровне $1,88 млрд при положительном торговом балансе в $3,52 млрд. В то же время положительное значение торгового баланса Казахстана полностью нивелировалось отрицательными балансами услуг и первичных доходов, что привело к дефициту счета текущих операций в $2,41 млрд.

 

Структура текущего счета платежных балансов Казахстана, России и Азербайджана по итогам 1-го полугодия 2021 г. млн долл. Источники — НБК, Банк России, Центральный банк Азербайджана 

 

Почему так получилось?

В 90-е годы прошлого века казахстанские власти привлекали иностранных инвесторов в сырьевой сектор страны на весьма выгодных для последних условиях. С ними заключались соглашения о разделе продукции (СРП), в которых оговаривались весьма привлекательные положения, включая специальные налоговые режимы.

Условия деятельности крупнейших сырьевых инвесторов в Казахстане не вполне ясны, так как положения заключенных СРП, как правило, не оглашались и не публиковались. Тем не менее показатели текущего счета платежного баланса свидетельствуют, что львиная часть доходов достается не республике и ее народу, а иностранным инвесторам, которые в значительной степени контролируют сырьевую отрасль страны.

Отсутствие достоверной и полной информации о деятельности иностранных игроков в Казахстане в свое время стало причиной появления значительного количества спекуляций о том, что существенную роль в их приходе играла коррупционная составляющая. Впрочем, подтвердить или опровергнуть подобные измышления не представляется возможным.

С другой стороны, существует вполне логичное объяснение имевшему место в 90-е годы стремлению властей привлечь крупных и влиятельных иностранных инвесторов в сырьевой сектор. Заключение невыгодных для Казахстана СРП вполне могло быть обусловлено логистическим причинами. Не имея выхода к морю, республика в любом случае неизбежно сталкивается с необходимостью транспортировки собственных товаров их потребителям. С учетом «сырьевого крена» казахстанской внешней торговли, особенно значимым становится наличие путей транспортировки углеводородов к покупателям. При этом львиная доля казахстанской нефти, приобретаемой европейскими покупателями, поставляется через российские трубопроводы и порты, т. е. казахстанский экспорт углеводородов критически зависит от доступа к трубопроводной системе РФ.

В этой ситуации имелся (и существует до сих пор) определенный риск того, что Россия — с учетом нестабильности ее внешней политики в 90-е годы — могла начать оказывать давление на Казахстан через ограничение доступа к транспортным маршрутам, проходящим через ее территорию. В то же время наличие у крупнейших транснациональных компаний интересов в сырьевой отрасли республики было определенной гарантией того, что Москва воздержится от такого давления. Впрочем, подобный мотив вряд ли мог полностью оправдать заключение соглашений с инвесторами на столь невыгодных условиях.

Подпишись на наш телеграм канал

только самое важное и интересное

Подписаться
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Читать также

Сохранит ли Казахстан лидерство в майнинге?

Сохранит ли Казахстан лидерство в майнинге?

Казахстану посчастливилось выйти на одну из лидирующих позиций по майнингу. Однако отсутствие у руководства государства внятной и однозначной позиции по поводу индустрии вряд ли будет способствовать ее дальнейшему развитию...

24 ноября 2021 г.

Нужна ли казахстанской экономике помощь Нацбанка

Нужна ли казахстанской экономике помощь Нацбанка

НБ РК участвует в финансировании сразу нескольких государственных программ льготного кредитования, включая «Экономику простых вещей», «Дорожную карту занятости на 2020–2021 годы», программу льготного кредитования субъектов предпринимательства, пострадавших  в результате введения режима чрезвычайного положения в стране, и Государственную программу  жилищного-коммунального развития «Нұрлы жер». НБ РК участвует в финансировании сразу нескольких государственных программ льготного кредитования, включая «Экономику простых вещей», «Дорожную карту занятости на 2020–2021 годы», программу льготного кредитования субъектов предпринимательства, пострадавших  в результате введения режима чрезвычайного положения в стране, и Государственную программу  жилищного-коммунального развития «Нұрлы жер».

18 ноября 2021 г.

Скромные успехи «Большой приватизации»: Украина все еще ждет рекордов

Скромные успехи «Большой приватизации»: Украина все еще ждет рекордов

В Украине снова наступает эпоха «большой приватизации». Фонд госимущества продал киевский завод «Большевик» за ₴1,42 млрд и нацелился еще на несколько государственных объектов. Всего он планировал перечислить в бюджет страны ₴12 млрд. Реально ли это?

17 ноября 2021 г.

Рецепт Дикого Билла: как превратить захолустье в новую Швейцарию

Рецепт Дикого Билла: как превратить захолустье в новую Швейцарию

Не секрет, что богачей манят локации с наименьшей налоговой нагрузкой, обеспечивающие при этом сохранность их состояния. Одной из них стала Южная Дакота. Штат известен как безналоговая гавань — пожалуй, как лучшее место в мире, чтобы сохранить капитал.

12 ноября 2021 г.

Госбюджет-2022 для Украины: мифы развития и традиции социалки

Госбюджет-2022 для Украины: мифы развития и традиции социалки

2 ноября Верховная Рада поддержала в первом чтении проект важнейшего документа, определяющего параметры функционирования страны в 2022 году. В статье разберем мифы, неизменно сопровождающие госбюджет Украины и процесс его утверждения.

9 ноября 2021 г.

Газ раздора

Газ раздора

Цены на природный газ в мире находятся на исторических максимумах, преодолев отметку $1 000 за 1 000 кубометров. Особенно неприятна эта ситуация для Европы, где газовые хранилища заполнены по минимуму, а зима приближается. Сумеет ли «Газпром» воспользоваться преимуществами своего положения и продавить сертификацию «Северного потока – 2» до конца отопительного сезона в ЕС?

8 ноября 2021 г.

Забытое слово «локдаун»

Забытое слово «локдаун»

В России объявлен новый локдаун до 7 ноября, причем в некоторых регионах он начался на неделю раньше. С какими ограничениями столкнулся российский бизнес? Кто пострадает больше? И как новый период нерабочих дней скажется на экономике страны в целом?

5 ноября 2021 г.

{"type":"article","id":2133,"isAuthenticated":false,"user":null}