Коррупция любит тишину

Коррупция любит тишину

19.03.2021

Время прочтения - 4 мин.

Украинцев, в том числе и политиков, хлебом не корми — дай поспорить о коррупции. Однако, сетуя на достойные порицания факты, рассуждая об отдельных вопиющих случаях и мздоимстве конкретного чиновника, люди часто не замечают, что обходят вниманием истинную суть обширной проблемы. А ведь замалчивание ее только усугубляет.

Шоры при взгляде на офшоры

Международная неправительственная организация Transparency International ежегодно публикует так называемый индекс восприятия коррупции в странах мира. Итоговый рейтинг считается одним из ориентиров для оценки успехов того или иного государства в борьбе с этим порочным явлением.

В рейтинге 2020 года Украина заняла 117 место. Если учесть, что еще семь лет назад страна находилась на 144 позиции, то нынешние данные можно было бы назвать успехом. Но давайте обратим внимание на соседей: Казахстан стал 94-ым, Грузия заняла 45 строчку. По сравнению с ними достижения Киева в деле искоренения коррупции выглядят скромно.

Доверять или нет этим данным  — вопрос спорный. Так, Китай, где за взятки предусмотрена высшая мера наказания, в рейтинге прошлого года вышел на 78 позицию, а Россия с ее громкими антикоррупционными разоблачениями — на 129. Но это еще не все. Есть страны, в которых, по мнению Transparency International, коррупции фактически нет! Так, Сингапур, Нидерланды и Люксембург находятся в первом десятке списка, Гонконг занял 11 место, Австрия — 15.

Однако не секрет, что некоторые государства, традиционно демонстрирующие успехи в разнообразных рейтингах, входят еще и в число международных офшоров. Через них перекачиваются сомнительные средства, а обороты исчисляют триллионами. Законодательства ряда стран позволяют скрывать доходы и хранить на счетах деньги подозрительного происхождения. Итак, с одной стороны, в мире ведется борьба с коррупцией, с другой, «не замечаются» миллиарды, лежащие на счетах офшорных банков. Такой подход позволяет многим правительствам утверждать — мы чисты перед законом. Но так ли это?

Эффективность под вопросом

Вспомним относительно недавний скандал с датским Danske bank. Его обвиняли в оказании помощи зарубежным клиентам в отмывании «грязных» денег. Но Дания в индексе восприятия коррупции занимает 1 место и считается самой безупречной страной в этом отношении. Возникает вопрос: а может, такой результат — всего лишь умение государства не озвучивать проблему?

Индекс составляется на основании анализа собранных отчетов. То обстоятельство, что Украина в этом исследовании улучшила позиции, во многом может быть связано с тем, что за последние годы в стране созданы специальные государственные структуры (Национальное антикоррупционное бюро, Антикоррупционный суд, Специальная антикоррупционная прокуратура и целый ряд других). Хотя фактически за время их существования не проведено ни одного по-настоящему крупного расследования.

Большая часть работы перечисленных структур сводится к штрафованию госчиновников за ошибки в декларациях или к требованиям дать тюремный срок директорам школ за нецелевое использование средств. При этом обвинения в масштабных коррупционных хищениях в различных сферах экономики по какой-то причине не попадают в поле зрения этих организаций. А ведь их необходимо проверять — даже если они и выглядят не слишком обоснованными.

В Украине сложилась парадоксальная ситуация. На содержание антикоррупционных структур из госбюджета ежегодно тратят миллиарды, однако отдача от их работы исчисляется несколькими десятками тысяч гривен, поступающих в казну после конфискации имущества коррупционеров и выплаты ими штрафов. Для Transparency International эти факты остаются за кадром, а потому в рейтинге борцов с нечистыми приобретениями страна улучшает позиции.

Традиции «кормления» непобедимы?

На индекс восприятия коррупции существенно влияют и сообщения в СМИ. В Грузии меньше пишут и говорят о такого рода преступлениях, поэтому и показатель борьбы с коррупционерами там заметно выше. В офшорных странах вообще существует негласное табу на публичное обсуждение темы. Как результат (с точки зрения Transparency International), эти государства — пример для подражания.

Продажные чиновники существуют везде. Часть из них обогащается за счет доступа к гостендерам, лицензиям и патентам. Это так называемая бизнес-коррупция. Другие промышляют взятками за справки и мелкие услуги. Это коррупция бытовая. И хотя первых ликвидировать практически нереально (можно только контролировать размер взяток и доступ лиц к подношениям), вторых вполне по силам свести до минимума. Достаточно лишь повысить госслужащим заработную плату.

Принцип прост: чиновник с достойным заработком побоится из-за взятки потерять работу. Но осуществить его трудно — расходы из госбюджета, которого и так на все не хватает, будут значительными.

А потому и продолжают слуги народа злоупотреблять своим положением. Парадоксально, но, не решая проблемы, украинская власть закрывает глаза на существование бытовой коррупции как метода оплаты труда госслужащих. В старину такая практика называлась «кормлением»: видимо, хорошо укоренившаяся традиция дожила и до наших дней.

Да, согласно индексу восприятия Украина далека от лидеров. И ей есть куда стремиться. Но, получается, чтобы в глазах мировой общественности улучшить свое реноме и победить проблему, нужно лишь перестать о ней говорить? Вот уж действительно — парадокс! 

Подпишись на наш телеграм канал

только самое важное и интересное

Подписаться
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Читать также

{"type":"article","id":1284,"isAuthenticated":false,"user":null}