Лирическая трагедия

Лирическая трагедия

01.10.2020

Время прочтения - 5 мин.

Что происходит, когда глава государства вмешивается в деятельность центрального банка.

В реальной жизни бывают ситуации, которые так и просятся на страницы учебников по «Экономикс» — в качестве иллюстрации объективности базовых экономических законов. В 1998 году таким примером стала Россия, пытавшаяся искусственно удерживать рубль, чтобы привлечь иностранные инвестиции, а в итоге навлекла на себя дефолт и кризис. Двадцать лет спустя Турция попыталась через реально отрицательный процент поддержать рост ВВП. Чем это обернулось, видно сейчас.

Благие намерения

Долгое время турецкую экономику ставили в пример многим развивающимся странам. Она динамично росла более чем десятилетие со среднегодовым темпом чуть выше 5%. В стране наблюдался строительный бум, бурно развивались отрасли сложных технологий, турецкие товары завоевывали мировые рынки.

В значительной мере это «экономическое чудо под звездой и полумесяцем» было связано с притоком иностранных инвестиций. Капитал приходил в турецкие активы, ведомый высокой доходностью, и это компенсировало хронический дефицит по счету текущих операций: Турция – страна импортозависимая, в том числе от нефти и газа.

Тем не менее, ситуация была неплохой до 2018 года, когда над Анкарой и Стамбулом стали сгущаться тучи. Иностранные инвесторы потянулись на выход, поскольку потоки избыточной ликвидности, генерируемые основными мировыми центробанками, стали пересыхать.

А тут еще турецкий лидер Реджеп Эрдоган «поссорился» с Америкой, что обернулось пошлинами США на сталь и алюминий из Турции. Исход инвесторов ускорился, лира дрогнула и стала быстро дешеветь.  Обычный ответ на это — рост учетной ставки, но глава государства выступил против, надеясь сохранить рост ВВП и занятость, и… ЦБ Турции уступил. Что поставило под сомнение его независимость.

Все это произошло в 2018 году, а эхо тех событий гуляет до сих пор. Только ситуация для лиры стала еще хуже.

Коронавирусная инфекция

Важной опорой турецкой экономики всегда была туристическая отрасль, а ее доходы составляли 5% ВВП. Она также генерировала потоки валюты в страну, которые способствовали стабилизации лиры. В частности, за 2019 год курорты Антальи и Алании принесли $34 млрд чистой выручки. Но в нынешнем году пандемия CoVID-19 смешала все карты.

На фоне ограничительных мер, введенных в странах Запада, поток туристов иссяк. Это лишило страну минимум $25 млрд валютной выручки. Внутренние ограничения, из-за которых снизилась мобильность граждан и пострадали производственно-логистические цепочки, тоже сыграли свою роль.

Турция — один из крупнейших автопроизводителей в регионе EMEA, но ввиду антиковидных мер многие заводы были остановлены на несколько месяцев, что привело к снижению экспорта на 77%. Обострение проблем с платежным балансом — обычный триггер для девальвации национальной валюты.

Ситуация, когда экономика входит в спад, валюта — в штопор, а инфляция — в разгон, для любого центробанка оказывается сильным вызовом, поскольку являет собой одну из проекций «невозможной триады». Можно, взвинтив учетную ставку, попытаться удержать обменный курс и обуздать рост цен, однако тогда деловая активность пойдет вниз. Можно, напротив, проводить мягкую денежно-кредитную политику для поддержания экономики, но тогда нацвалюта станет жертвой стихии рынка, а инфляция ускорится, в том числе из-за удорожания импорта.

Поначалу показалось, что турецкий ЦБ решил пожертвовать валютой. Он долго держал учетную ставку на низком уровне, пытаясь сглаживать курсовые колебания за счет валютных интервенций. Совсем отпустить лиру в свободное плавание центробанк все же не мог, поскольку внешняя задолженность Турции превышает $400 млрд, из которых $236 млрд — государственный долг. Это не много, чуть больше трети ВВП, но все же удорожание обслуживания валютных займов — очень неприятная вещь в кризис, когда в бюджете каждая лира на счету.

В общем центробанк Турции снова внял увещеваниям Реджепа Эрдогана, не став увеличивать ставки. Но привело это лишь к тому, что валютные резервы страны «спалились». Если в начале года они насчитывали $142 млрд, то к концу сентября упали до $43 млрд. Что не могло не вызвать новой игры против лиры.

Кстати, процент по централизованным кредитам ЦБ все-таки поднял в сентябре — сразу на 200 базисных пунктов. Но девальвация уже набрала ход: с начала года курс лиры к доллару рухнул на треть. Если для стран-экспортеров это не является чем-то критическим, то для Турции — чистого импортера — ослабление валюты напоминает удавку на шее.

турецкая лира

Отложенный взрыв

Турецкий валютный рынок без энтузиазма воспринял запоздалое повышение ставок центробанком. Укрепление лиры заняло всего один день — 24 сентября. После чего обменный курс национальной валюты продолжил скользить вниз.

Хотя в сопроводительном пресс-релизе ЦБ отмечалось, что «денежно-кредитная политика будет определяться с учетом индикаторов основного тренда инфляции, чтобы обеспечить продолжение процесса дезинфляции, и Центральный банк продолжит использовать все доступные инструменты для достижения стабильности цен», скепсис инвесторов перевесил. У всех в памяти остался осадок позапрошлогодней истории, когда регулятор уже прогибался под президента.

Тем не менее, еще не все потеряно. Турции помогают сейчас низкие цены на нефть и газ, сдерживающие рост «дыры» в торговом балансе. Возможно, стране удастся получить помощь по линии МВФ или договориться о стабилизационных кредитах с ЕС. В конце концов, банкротство турецких предприятий и тем более проблемы с госдолгом Республики больно ударят и по инвесторам Старого Света.

Но если реализуется худший сценарий, турецкий валютный кризис может задеть многих. Поскольку создаст негативный фон для валют других стран с переходной экономикой, а в их число входит и Россия.

Подчиняясь групповому инстинкту, капитал наверняка побежит из всех валют такого класса, как уже было в 1998 году в Юго-Восточной Азии.  Впрочем, российские власти могут счесть, что кризисная девальвация, за которую они не в ответе, окажется палочкой-выручалочкой для бюджета, столкнувшегося с дефицитом доходов. И не станут удерживать рубль.

Подпишись на наш телеграм канал

только самое важное и интересное

Подписаться
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Читать также

Инфляция в Турции может достичь пика уже осенью

Инфляция в Турции может достичь пика уже осенью

Инфляция в Турции снова ускорилась и вызывает опасения у экспертов. Рост цен уже заставил экономистов несколько раз менять прогнозы в этом году, пока усилия по стабилизации лиры терпят неудачу, пишет Bloomberg.  Данные, опубликованные в среду, показали, что годовая инфляция в Турции ускорилась до 79,6% в июле с 78,6% в июне. В Стамбуле, самом густонаселенном городе страны, рост цен превысил 99% по сравнению с прошлым годом. Ослабить инфляционную хватку в Турции становится все труднее, поскольк...

3 августа 2022 г.

Китай запретил песок и фрукты с Тайваня

Китай запретил песок и фрукты с Тайваня

Китай приостановил торговлю с Тайванем в ответ на громкий визит спикера Палаты представителей США Нэнси Пелоси на остров. Об этом сообщает Bloomberg. КНР запретила импорт продуктов питания более чем от 100 поставщиков острова. Так, ввоз ряда видов рыбы и фруктов был приостановлен из-за чрезмерного количества пестицидов, обнаруженных в продуктах. Кроме того, был запрещен экспорт природного песка. Аналитики, опрошенные Bloomberg, отмечают, что эта мера перекрывает основной источник строительных...

3 августа 2022 г.

«Оккупированные» депозиты и «освобожденные» кредиты: что дальше?

«Оккупированные» депозиты и «освобожденные» кредиты: что дальше?

Что будет с «временно оккупированными» сбережениями украинцев? Насколько реален сценарий «крымского варианта» в сложившихся условиях? И почему не все так плохо, как в этом нас уверяют многие сторонние наблюдатели?

28 июля 2022 г.

Инфляция сотрясает планету: кому сегодня сложнее всего?

Инфляция сотрясает планету: кому сегодня сложнее всего?

Существующие и ожидаемые сложности с поставками энергоресурсов, нестабильность геополитической ситуации и панические настроения на фондовых рынках уже увенчались ощутимым ростом цен. Кому же живется тяжелее остальных прямо сейчас?

21 июля 2022 г.

{"type":"article","id":926,"isAuthenticated":false,"user":null}