Разгневанный орлан, рассерженный дракон

Разгневанный орлан, рассерженный дракон

02.07.2020

Время прочтения - 4 мин.

Как сложные и противоречивые взаимоотношения США и Китая влияют на мировые рынки

Торговая война между США и Китаем прошла уже несколько стадий, набрала размах и окончательно закрепилась в глобальной повестке как один из самых значимых факторов влияния на инвестиции и рынки. И хотя медийный эффект этого конфликта заметно превысил реальный ущерб для двух крупнейших экономик мира, совокупные потери инвесторов уже исчисляются сотнями миллиардов полновесных долларов. À la guerre comme à la guerre.

А ведь еще сравнительно недавно о чем-то подобном даже помыслить было практически невозможно. Лет 10-15 назад многие эксперты и аналитики всерьез верили в симбиоз двух стран. Даже термин появился заманчивый – Chimerica, производное от China + America.

Такой взгляд казался вполне разумным и логичным. На тот момент Китай и Соединенные Штаты вместе генерировали примерно 60% глобального экономического роста, а их экономики были тесно переплетены между собой, скорее дополняя друг друга, чем конкурируя. Китаю в проекте Chimerica отводилась роль глобальной фабрики, которая удовлетворяла спрос США на дешевые товары. Попутно Поднебесная поднимала собственную экономику за счет интеграции в производственные цепочки транснациональных корпораций, а также абсорбировала дефицит торгового баланса Соединенных Штатов. Америка открывала свой огромный и богатый потребительский рынок для Китая и выступала технологическим тинк-тэнком в этом союзе, параллельно трансформируя экспортную выручку китайских компаний в свой госдолг. Казалось, классическая ситуация win-win.

Если бы не одно «но».

В этом симбиозе Америка отводила себе исключительно лидирующую роль, а Китай хотела видеть только младшим партнером. Со своей стороны КНР рассматривала союз со Штатами как временный и нужный лишь для того, чтобы освоить передовые западные технологии. Что и было сделано. Начав с простейшей «отверточной сборки» и незатейливого копирования западных образцов техники, дисциплинированные китайцы сумели за короткий срок вырастить свою инженерную и технологическую школу. Да, айфона китайские специалисты пока не выдумали, но бренды с маркировкой «Made in China» уже давно перестали восприниматься как синоним дешевого и некачественного. Особенно в высокотехнологичных отраслях.

Есть тут и довольно интересный пример, как ученик превзошел учителя. Когда штаты Калифорния и Невада собрались строить высокоскоростную магистраль между Сан-Франциско и Лас-Вегасом, подрядчиком по соотношению цена-качество была выбрана… китайская компания China Railway.

К снижению заинтересованности китайцев в американских технологиях добавился еще один момент – геополитический. Растущая экономическая мощь Китая объективно побуждала Пекин стремиться к доминированию в Юго-Восточной Азии, чтобы иметь преференциальный доступ к рынкам. Но это противоречило интересам США в АТР, а также угрожало их союзникам – Южной Корее и Японии. Поэтому Вашингтон не мог не перейти к сдерживанию своего недавнего партнера, и торговая война между двумя сверхдержавами оказалась неизбежной.

Тем более что проблема неравномерности товарооборота между США и Китаем назревала достаточно давно. Несколько вашингтонских администраций упрекали Пекин в нечестной конкуренции, играх с курсом юаня и воровстве патентов. Но дальше вербальных интервенций дело не шло. Пока в Овальный кабинет не пришел Дональд Трамп, обещавший вернуть реальное производство в Америку.

Под этими обещаниями была чисто экономическая подоплека. Торговый дефицит с Китаем приводил, помимо прочего, к снижению занятости в производственном секторе США. По некоторым данным, из-за притока китайских товаров в Штатах прекратили работу 60 тыс. заводов, безработными оказались 6 млн американцев. В общем, для конфликта нужен был только повод.

Он и нашелся после того, как торговый дефицит США с Китаем по итогам 2017 г. достиг рекордного показателя в 375,2 млрд долл., увеличившись за год на 8,5%. Пекин моментально «подловили» на крупных нарушениях в сфере интеллектуальной собственности, и Америка ввела первые торговые пошлины на китайские товары. Ответ последовал незамедлительно – и понеслось…

На протяжении большей части 2018 г. и весь 2019 г. взаимные обвинения и протекционистские меры сыпались, как из рога изобилия. Что бросало в дрожь мировые товарные и финансовые рынки. Их участники опасались, что в итоге весь мир пострадает, вплоть до скатывания в рецессию.

По факту, для глобального экономического спада, призванного устранить накопившиеся с 2009 г. дисбалансы в мировой экономике, нашелся другой повод – коронавирус, по странному совпадению пришедший из Китая. А вот накал страстей между Вашингтоном и Пекином пошел на спад после того, как в январе 2020 г. было подписано первое американо-китайское соглашение об урегулировании двусторонних торговых споров объемом в 200 млрд долл.

Вместе с тем ставить точку в этой истории еще рано. Потому что настоящая цель Вашингтона шире, чем просто выравнивание дисбалансов в торговле с Китаем. Речь идет ни много, ни мало о глобальном лидерстве во второй четверти XXI века, которое у США теперь оспаривает КНР, местами успешно. В этих условиях Америка не может не использовать весь имеющийся у нее арсенал мер, чтобы заставить Китай «притормозить». А это значит, что новые залпы торговых войн уже не за горами, кто бы ни пришел в Белый дом после ноябрьских выборов.

Подпишись на наш телеграм канал

только самое важное и интересное

Подписаться
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Читать также

Искусство торможения экономики по-китайски

Искусство торможения экономики по-китайски

В секторе недвижимости КНР набирает размах практика хеджирования кредитного риска. Однако это не обещает отрасли быстрое восстановление и вряд ли спасет китайских девелоперов от дальнейших дефолтов.

1 июля 2022 г.

Удастся ли США избежать рецессии

Удастся ли США избежать рецессии

Решимость американской Федеральной резервной системы (ФРС) и готовность идти до конца в борьбе с инфляцией вызывает все большую тревогу Уолл-стрит. Но не все так плохо, как это пытаются представить лидеры компаний, чьи акции уже пострадали из-за политики регулятора. Ставки высоки В мае Федеральная резервная система (ФРС) повысила краткосрочные процентные ставки до 0,75–1%, открыв фронт по борьбе с инфляцией. Этот жизненно важный показатель в США более чем в 3 раза превышает целевой уровень р...

29 июня 2022 г.

Внешние инвесторы сокращают вложения в китайские облигации

Внешние инвесторы сокращают вложения в китайские облигации

Чтобы вернуть иностранцев, Народный банк Китая (НБК) даст квалифицированным иностранным банкам, суверенным фондам благосостояния и пенсионным фондам новые возможности на внутреннем рынке.

24 июня 2022 г.

Инвестиционная стратегия Большой Нефти: акционеры важнее потребителей

Инвестиционная стратегия Большой Нефти: акционеры важнее потребителей

Война в Украине и западные санкции на экспорт углеводородов из России должны расшевелить нефтяных гигантов и заставить их спешно нарастить траты на расширение добычи. Однако в этот раз все может произойти иначе...

23 июня 2022 г.

Путь на юг рублю открыт: воспользуется ли он заманчивым предложением?

Путь на юг рублю открыт: воспользуется ли он заманчивым предложением?

Курс доллара к рублю достиг в мае локального «дна» и, оттолкнувшись от него, пошел наверх. Но не так уж высоко забрался. Какие факторы движут российским валютным рынком в условиях все новых и новых западных санкций?

22 июня 2022 г.

{"type":"article","id":873,"isAuthenticated":false,"user":null}